Русский   English  

Поиск:
 
Пресса

 

Журнал "Gala" февраль 2007г.
Екатерина Кронгауз

ЖЕНСКОЕ СЧАСТЬЕ


 

 Жанна и ее семья

     Четверть века прожили вместе домохозяйка Вера и тромбонист Жора.
      Любили друг друга, воспитывали детей. Потом Жора стал Жанной.
      Так и живут: уборщица Вера, домохозяйка Жанна и их две дочери.
       Екатерина Кронгауз побывала у них в гостях
.

           На скамейке в парке сидят две женщины. Одна -лет пятидесяти, небольшого роста, худая, с бледным лицом, крашеными медными короткими волосами. На ней черные брюки, клетчатая рубашка, и черный свитер. Вторая - лет пятидесяти, высокая, крупная, с каштановыми волосами до плеч. Ногти у нее накрашены перламутровым лаком, лицо покрыто несколькими слоями пудры. На ней зеленая обтягивающая майка и узкая фиолетовая юбка выше колен. Перед женщинами стоит красная коляска, в ней сидит двухлетняя девочка, вся в розовом.
- Вот и бабушка Жанна, да? Да, малышка? Диги-диги-диги! - говорит крупная женщина. Ее зовут Жанна. Голос у нее писклявый.
- Ну и иди, бабушка, с ней гулять! - говорит худая. Ее зовут Вера.
У нее тихий хрипловатый голос.
- Николька плакать будет! Николька бабушку Веру не боится, а Жанну еще боится, да? Любит, но боится, да? Диги-диги-диги!
- Покорми ее!
- Я не умею! - ноет Жанна.
- Иди, давай.
Через десять минут Жанна с внучкой возвращаются.
- Мы поели и погуляли! И она заснула! - с гордостью сообщает она.
- Ну и молодцы, садитесь на солнышко греться.
В декабре в израильском городе Герцлия днем еще тепло, градусов 20, а вечером и утром холодно,
+6 - +10. Каждый день бабушки водят Николь гулять в парк.
- Слушай, так ходить нельзя, -вдруг говорит Вера. - В Израиле так не ходят. Нужна юбка ниже колен.
- Но у меня красивые ноги, почему я должна их скрывать?
- Так ходят проститутки.
- Ой, да, представляешь, тут иду домой, останавливается таксист и говорит: поехали со мной, я говорю: не поеду, а он: ну поехали, я тебе много-много денег дам.
Я смутилась ужасно и побежала домой.
- Ну вот и поехала бы.
- Зачем?
- Денег бы привезла хоть, - смеется Вера. Жанна обиженно отворачивается.
- Не надо со мной, как с Жориком, разговаривать.
- Ну, так не веди себя, как Жорик, никто с тобой и не будет так разговаривать.


ИСТОРИЯ ЛЮБВИ

     В 1977 году 21-летняя Вера пошла с подружкой в Одесскую филармонию на концерт артистов эстрады. Выступал оркестр "Глазами молодых". Вера с подружкой сидели в первом ряду. Подружка ушла домой с трубачом, а Веру пошел провожать тромбонист Жора. Он шел за ней и читал ей стихи. Вера жила недалеко, поэтому они быстро пришли, а в подъезд Вера Жору уже не пустила. Но телефон дала.
Жора уехал к себе в Киев. Однажды По-дороге на работу в Укрконцерт Жора зашел на автобусную станцию. Стоит, смотрит на расписание автобусов, и тут к нему подбегает молодой человек: "Купите у меня билет до Одессы, автобус прямо сейчас".
Жора купил и как был, с тромбоном и нотами, поехал к Вере.
Из Одессы позвонил на работу, объяснил, что влюбился и вернется через три дня.
Ходил за Верой с цветами, а она нос воротила. Вообще, Жора Вере сначала не очень понравился - не красавец.
Но звонил ей все время, нежности говорил, стихи посылал по почте:

Мой милый добрый верный друг,
Как стало холодно вокруг,
Когда растаял наяву
твой нежный стан,
И в синеву
ночей коротких и туманных
Пропал твой след и взгляд печальный,
прекрасных как звезда очей.
И захотелось мне скорей
Тебя увидеть и сказать,
Что я люблю,
Мой друг, опять
мы будем вместе, я и ты.
Тебя молю, меня пойми,
прости и будь великодушна.
Люблю тебя!
Рука послушно
выводит за строкой строку.

- А когда я болела, то он плакал, - рассказывает Вера. - Это меня и подкупило.
А еще он умный был очень. Просто ходячая энциклопедия, все про все знал всегда.
Через полтора года Жора сделал Вере предложение, она приехала в Киев, и они поженились.
Жора стал первым Вериным мужчиной.
А Вера - первой Жориной женщиной.


ИСТОРИЯ СЕМЬИ

Молодая семья
     Через год родились София и Лена, двойняшки.
Вера ушла с Киевской телефонной станции и стала домохозяйкой, а Жора поступил в Эстрадно-цирковое училище в Киеве.
Жизнь началась непростая. В 1981-м умерли и Жорина, и Верина мамы. Жориному папе ампутировали ногу. Жорин младший брат Владик оказался в тюрьме из-за нелепой уличной драки.
Зато Жора нашел себя на сцене. Он стал тромбонистом-разговорником. Придумывал юмористические миниатюры и стал известен под именем Жора-Тромбонист.
- Мы всегда папу с гастролей ждали, - вспоминает дочь Лена.
- Из Ташкента сладости привез очень вкусные.
А один раз сапожки на меху нам с Софийкой привез. Целых две пары.
И раз в месяц обязательно в зоопарк.
На VII Всесоюзном конкурсе артистов эстрады Жора Павличенко занял третье место. Первое занял Ефим Шифрин.
В семейном архиве хранится фотография Жоры с членами жюри Евгением Петросяном и Геннадием Хазановым.
С гастролей и фестивалей Жора писал Вере письма, часто звонил. Научился вязать и вязал на гастролях дочерям свитера. Когда Жора возвращался с гастролей, он давал Вере отдыхать - гладил пеленки, стирал, уводил детей гулять.
А вечерами они разговаривали. Они любили разговаривать. Секс был нечастым и странноватым.
- Жора любил сексуальные игры с переодеванием в женские платья.
Он был пассивен в постели, - рассказывает Вера. - Но его часто не было, и это было как-то не очень важно.
Я занималась детьми. И он меня любил.

БОЛЬШИЕ ПЕРЕМЕНЫ

 Артист Жора Павличенко     — Жора проводил все больше времени в Москве. Там закончил ГИТИС, работал то в группе "Шарж", где начинали Лолита Милявская и Саша Цекало, то с Лаймой Вайкуле, то в театре Александра Каневского с командой Владимира Винокура, пока тот болел.
А потом случилась перестройка, и артисты двинули в клубы. Жоре было плохо.
Он жаловался Вере: там, в клубах, пьяные посетители запросто могли залезть на сцену и дать в рожу.
- Жора был очень нежным, даже где-то ранимым, - Вера рассказывает о муже без раздражения и обиды. Она серьезно относилась к его переживаниям.
- У него не получилось во все это влиться, и он вернулся в Киев.
В Киеве Жора попытался заняться бизнесом. Продавал несуществующие самолеты, вагоны пшеницы, кофе. Ничего не продал. В 1993 году Жора случайно выяснил, что он, как внук еврея (дед погиб во Вторую мировую), может претендовать на израильское гражданство.
- Мама не работала, папа не мог устроиться, денег не было, и они решили переезжать в Израиль. Ну, и для нас они хотели, как лучше, - рассказывает София, которой тогда было 15 лет.
28 ноября 1995 года семья Павличенко в составе Жоры, Веры, Лены и Софии улетели в Израиль.
В Израиле сразу поселились в маленьком городе Герцлия, недалеко от Тель-Авив. Жора пошел на курсы по веб-дизайну, Вера стала убирать квартиры и офисы.
- Мама все время работала, убирала, папа - мотался в Киев и обратно, сидел целыми днями за компьютером.
-С работой у него ничего не получалось, - вспоминает дочь Лена.
- Ну, и нам было не до родителей - Свою жизнь строили.
Лене и Софии сейчас по 26. Лена выучилась на парикмахера. София после школы пошла работать в охрану и сейчас дослужилась до начальника охраны местного мегамолла " 7 звёзд". София вышла замуж за спецназовца Геру и съехала от родителей, а Лена уже шесть лет живет с родителями и водителем Сережей.

25 ЛЕТ ВМЕСТЕ

     В июне 2004 года Вера и Жора заказали себе ресторан и отпраздновали серебряную свадьбу.
Пришла их местная компания, Лена с молодым человеком и беременная София с мужем.
- Я подумала тогда, - вспоминает Вера, - какую хорошую и счастливую, в общем, хоть и трудную, мы прожили жизнь.
Сохранилась видеозапись, на которой пожилой уже, лысеющий Жора танцует с немолодой Верой и они подпевают Филиппу Киркорову: "Небо и земля, небо и земля, так же неразлучны будем ты и я".
- Мы, конечно, остыли друг к другу, - вспоминает Вера. - Сексуальной жизни уже, как таковой, давно не было.
Но было что-то большее. Мы родные друг Другу. Мы знали друг о друге все. Мы - две половинки. Навсегда. - Вера плачет.
Через несколько дней у Жоры случился инфаркт. - В этот момент Жора умер, - говорит Жанна и улыбается.
На самом деле он пережил клиническую смерть. Врачи восемь часов боролись за его жизнь.
- Врачи сказали ему, что ему нужно сменить климат. И он уехал в Киев на реабилитацию, - уточняет Вера.
- Хороший был Жора, добрый, - улыбается Жанна. - Добрый, - соглашается Вера.
Больше Жору никто не видел.

РОЖДЕНИЕ ЖАННЫ

Выбираем одежду     В сентябре 2004 года Жора приехал в Киев. Оставшись наедине с собой, он перебирал воспоминания.
В1956 году в Киеве в семье акушера-гинеколога Ремы и метростроевца Станислава родился первенец. Рема назвали Георгием. Жора рос замкнутым мальчиком. Он был толстый и слишком нежный для дворовых ребят. Они называли его "жиртрест сосиська" и били. А он уходил и плакал. Плакал деревьям, плакал цветам. Плакал о том, что не хочет дружить с мальчиками. А хочет дружить с девочками. Ходить в красивых платьицах, играть в резиночку.
Иногда девочки брали Жору играть в резиночку, но редко. Иногда Жоре снилось, что он красивая девочка в платье, а утром он пытался спрятать куда-нибудь пенис.
В пять лет в детском саду, когда воспитательницы не было, Жора, уже тогда обладавший артистическим талантом, подбил всю группу поменяться одеждой. Мальчики нацепили платья, а девочки - штаны. Папа выдрал сына ремнем и поставил на гречку. "Мужчину будем из тебя воспитывать", - сказал папа.
Жоре было лет восемь, когда неожиданно вернувшаяся домой мама увидела накрашенного сына в собственном платье. Коллеги по работе посоветовали Реме отвести сына к эндокринологу. Эндокринолог сделал анализы и сказал, что все пройдет. В десять лет в пионерлагере "Киев-Метрострой" Жора подружился с девочкой, и девочка ему нагадала: "У тебя будут дочки-двойняшки, серьезная операция на сердце и очень большие перемены в жизни.
У тебя вообще две жизни на руке". Жора посмеялся и забыл об этом на 38 лет. Потаенные мечты Жора мог реализовать в самодеятельности. Самое прекрасное воспоминание о детстве - сцена из летнего спектакля, фрагмент из "Свадьбы в Малиновке", где под песню "На морском песочке я Марусю встретил, в розовых чулочках, талия в корсете" он изображал Марусю. В начале 70-х Жора прочитал статью о том, что в Риге проведена первая в СССР операция по смене пола.
Жора обрадовался. Потом испугался. Значит, он извращенец, псих, может быть, даже гомосексуалист.
Статью ту он еще долго хранил, перечитывал. В армии Жора служил в танковой дивизии в поселке Десна.
Однажды к Жоре приехала мама, и майор Лехин дал Жоре тайную увольнительную. Отпустил, но сказал, чтоб его никто не видел. Они пошли в город, в гостиницу, где Жора немедленно съел и выпил все, что привезла мама. И захотел еще.
Мама не знала, где кафе, поэтому Жора нарядился в мамино платье, пальто, платок и отправился сам.
Все на улице уступали ему дорогу, и женщины в кафе улыбались ему. Потом Жора женился на любимой женщине.
Родились две дочери. И однажды, когда Жора один остался с дочерьми, он понял, что это он, он должен был родить их.
И он должен кормить их грудью. И приложил Лену к груди. Она даже сначала взяла грудь. А потом выплюнула и стала кричать. Через четыре месяца после возвращения в Киев Жора окончательно понял, что он - не Жора, а Жанна. 31 декабря Жора приготовил себе новогодний ужин, надел платье и в одиночестве встретил Новый год. Жора принял решение становиться женщиной. Решение окончательное, бесповоротное, дикое и не подлежащее обсуждению. Несмотря на это, Жора изо дня в день пытался добиться, чтобы Вера поняла его. Вера пыталась.

КОГДА ВЕРА ПОНЯЛА, ЧТО МУЖ СОБИРАЕТСЯ СДЕЛАТЬ, С НЕЙ СЛУЧИЛАСЬ ТРЕХДНЕВНАЯ ИСТЕРИКА.
ЗА ЧТО? В ЧЕМ ОНА ВИНОВАТА? ЧТО СКАЖУТ ЛЮДИ? КАК ОСТАНОВИТЬ ЕГО?

 Артист Жора Павличенко      "4 января 2005 г. Позвонила Верочка.
Я и не заметила, как стала говорить с ней от женского лица.
У нее началась истерика. Я всячески пыталась ее успокоить.
В общем, взаимопонимания мы так и не нашли. А жаль. Я очень ею дорожу, и она по-прежнему остается для меня самым близким и дорогим мне человеком!"


В начале января Вера стала получать по электронной почте дневниковые записи Жоры. Когда Вера поняла, что муж собирается сделать, с ней случилась трехдневная истерика. За что? В чем она виновата? Почему он не спросил ее совета, ведь она отдала ему столько лет жизни? Что скажут люди? Как она вообще должна к этому относиться? Как остановить его?
Вера не находила ответа.
Вера вспомнила, что Жора иногда говорил: "Если бы я был женщиной...", но это было так, как бы в шутку. Вера рыдала, а Жора занимался делом.
Нашел себе подружек - транссексуалок, стал брить тело и ходить дома в платье.
- Я все верила, что он одумается, - Вера думала, что, может быть, это из-за артистических неудач, из-за того, что нет никакой работы, что это такой творческий акт. - Но он и слушать не хотел. Тогда я пыталась объяснить, что у нас нет денег, но он сказал, что сам устроит все. Мне казалось, что это какой-то эгоизм, да, мужской эгоизм такой. Подумать о себе, а остальные как-нибудь.

"9 января 2005 Г. Опять звонила Верочка.Понимаю ее теперешнее состояние и пытаюсь найти хоть какой-то выход из создавшегося положения. Однако она меня не слышит. Преобладают только эмоции. Разум пока отключен.
Опять беспокоят странные мысли. Ощущение такое, что я ненормальная и нахожусь среди таких же ненормальных людей. Завтра попробую один день пожить прежней жизнью. Надо проверить, может быть, действительно я заигралась?"

ВЫБОРА НЕТ

      Жора решил на день снова стать мужчиной и сказал об этом Вере. Вера с нетерпением ждала результатов этого дня - это был шанс. А Жора проснулся утром, надел свои мужские трусы, штаны, рубашку - и чуть не умер. В трусах было неудобно, штаны сковывали движения, небо сразу стало серым, жизнь - бессмысленной. Жора сказал Вере, что пути назад нет.
Вера рассказала Лене и Софии. Мнения двойняшек разделились.
- Первое время пытались придумать, как отговорить, - говорит София.
- А потом было непонятно, как к этому относиться. Был папа - и нету. Не умер, не пропал. Кто это теперь? Не папа - это точно. И точно то, что это стопроцентно близкий человек. Что я этого человека люблю. Я не знала, никогда не думала об этой проблеме. А Жанна стала присылать разные материалы. И я поняла, что я ничего не могу изменить, даже если очень захочу. И когда мама смирилась, я смирилась тоже. Это ненормально, но что делать.
- А мне было просто, - рассказывает Лена.
- Наверное потому, что меня больше интересует моя жизнь, моя семья, моя карьера. Каждый должен жить так, как он хочет.
Вера получила от Жоры письмо с большим количеством всевозможных научных статей.

"14 января 2006 г. Какой выход я вижу из создавшейся ситуации? Их, на мой взгляд, только два.
1. Если ты, все хорошо продумав и взвесив, не эмоциями, а разумом все-таки не сможешь с этим смириться и это принять, то нам необходимо будет расстаться. Не нужно мучить и терзать друг друга.
Страшного в этом ничего нет. Ведь бывают вдовы, рано потерявшие своих мужей.
У тебя есть две дочки и внучка,даст Бог, будут еще. Ты можешь посвятил жизнь им. Может, ты еще встретишь и полюбишь настоящего мужчину, с которым будешь счастлива.
И потом, ты должна знать, что на свете есть человек, который тебя по-прежнему любит и готов в любую минуту прийти тебе на помощь.
2. Если ты принимаешь меня такой, какая есть. Согласна разделить со мной, все тяготы и лишения, счастье и радость. Мы можем пройти этот путь вместе. Мы можем заново построить наши отношения на доверии, открытости и любви. Начиная с маленьких шажков навстречу друг другу. Поверь, мне очень необходима твоя помощь и моральная поддержка в этот сложный и непростой период.
Поверь мне, мы можем быть счастливы с тобой, если будем откровенны друг с другом.
Я очень хотела бы, чтобы ты признала во мне женщину. Обращалась со мной как с женщиной, как с подругой, как с любящим тебя человеком. Чтобы именно ты, а не кто-то другой, помогла мне стать настоящей женщиной.
И тогда, я в этом убеждена, мы будем с тобой самыми счастливыми женщинами на Земле вне зависимости от того, сколько времени отвела нам Судьба. Выбор остается за тобой.
Безумно любящая тебя Жанна."

НОВАЯ ЖИЗНЬ

Делаем макияж      Вера задумалась. - Меня ждала операция, мне удалили яичники и матку.
Как женщина я себя реализовала. Моя жизнь - вся во внучке. Что я могу? Оставить его одного! А ведь, сколько таких людей, которых все оставляют, кончают жизнь самоубийством. Зачем мне это. Быть виноватой в смерти любимого человека? Этого человека я люблю, если он мучился всю жизнь, если это принесет ему счастье, если его еще ждет какая-то новая жизнь, если все живы и здоровы, так и я буду счастлива. Он же моя половинка.
Ну, не бросать же его, в конце концов.
Семья приняла Жанну, но за глаза они иногда называли ее "папой".
- Но довольно глупо, когда она сама говорит о себе в женском лице, говорить в мужском. Привыкли., - говорит Вера.
- Хоть и путались поначалу. Жанна обижалась. И мы снова ссорились. Хорошо, что они находились в этот момент далеко друг от друга.
На расстоянии Вера понимала только, что это близкий человек, а долгого превращения мужа в женщину она не видела. Однажды, после одной из обычных ссор, Вера почувствовала что-то нехорошее и позвонила в Киев. Жора в этот момент собирался выброситься с балкона. Вера стала успокаивать Жору, а он говорил, что больше ничего не хочет и не может. Вера очень хорошо знала этот текст, Жора не первый раз разочаровывался в жизни.
И тогда, неожиданно для себя и для Жоры, Вера сказала: "Ты хоть что-нибудь можешь доделать до конца?!"
И семья Павличенко стала готовиться к операции. Жора обходил одного за другим врачей: эндокринологи, психологи, сексопатологи. А дети и Вера собирали посылку в Киев.
- У нас немного денег, мы же и так туда посылали, Жанна ведь не работала все это время. Но мы собрали косметику, блузки две, платье. Я поймала себя на том, что, возвращаясь с работы, все время смотрю на женскую одежду. Но только на ее размер. А мне-то и самой ходить не в чем, - смеется Вера.
И понятно, что ей стало спокойней и понятней - вот она снова выбирает ему одежду, снова "лепит из него", но теперь не мужчину, а женщину, суть-то не меняется, она снова заботится о нем. Вера начала нащупывать уже привычную для себя роль - не жены, но матери семейства. А Жора в это время "летал" - болтал с "девчонками", учился краситься, одеваться, и наслаждался тем, что он уже практически женщина.
В феврале 2005 года Жора сел на женские гормоны, а в ноябре получил разрешение на операцию. Осталось договориться с врачом и найти деньги. - В Москве такая операция стоит около пяти тысяч долларов. Но мне и тут ужасно повезло.
Доктор сказал: приезжайте, прямо на следующей неделе. Брат Владик, ставший инвалидом после ликвидации чернобыльской аварии, отдал Жоре все деньги, которые откладывал с пенсии, а провожая брата в Москву, сказал: "Ну вот, когда приедешь, у меня уже будет сестренка". Жора брата больше не видел: "Не дождался мой братик своей сестренки". Владик умер.

25 января 2006 года Георгию Павличенко была сделана операция по смене пола. - Я была девочкой, - говорит Жанна.
- И было такое ощущение, что я была ей всю жизнь. Наконец-то моя душа обрела гармонию с телом. Я стала самой счастливой на свете.
Неделю после операции Жанне нельзя было двигаться. Еще месяц она лежала в больнице. Помимо большого количества восстановительных процедур, врач прописал ей "бужирование". Пять-шесть минут в день Жанна должна была пользоваться фаллоимитатором. Через четыре месяца Жанна испытала первый женский оргазм.
- Это что-то невероятное. Я испытывала и мужской, и женский оргазм. И это несравнимо, - Жанна кокетливо закатывает глаза. Она вообще очень кокетлива. Через месяц Жанна выписалась из больницы и поехала в Киев.
Еще через полгода Жанна засобиралась к семье в Израиль.
- Поменять документы - это гораздо сложнее, чем сделать операцию, - говорит Жанна - Это нужно миллион бумажек, все заверить, заполучить. А без документов кто же меня возьмет, такого Георгия Павличенко?
Израильский пограничник долго изучал документы, думал, смотрел, а потом спросил: "Георгий Станиславович - это вы?"
На это у Жанны имелась справка о сделанной операции.
Вера, Лена и София. Они стояли молча, но думали об одном и том же. Кого они сейчас увидят? Все трое боялись увидеть Жору, толстого, лысеющего, переодетого в женщину.
- Увидеть Жанну - это было какое-то чудо. Помолодевшая лет на десять, красивая, ухоженная, настоящая женщина.
Гораздо женственнее и ухоженнее всех нас, - вспоминает София.
Недалеко от центра города Герцлии, на улице Игаль Алон, семья Павличенко снимает четырехкомнатную маленькую квартиру. Сразу при входе узкая гостиная и маленькая кухня. В гостиной - старая, похожая на советскую мягкая мебель - диван и два кресла в цветочек. Кухня - метров пять, с оранжевыми шкафчиками.
Две маленькие спальни, маленькая комната, которая раньше принадлежала Софии, а теперь в ней парикмахерский салон Лены. В одной спальне живут Лена с Сережей, в другой - Вера и Жанна. На балконе - кабинет Жанны: стол, компьютер, маленький книжный шкаф и много цветов в горшках. Самой первой в этом доме просыпается Жанна, в 6 утра у нее утренняя пробежка по пляжу. Чуть позже встает Вера и убегает убирать квартиры. Лена принимает клиентов дома, а Сережа идет на работу. Жанна возвращается с пробежки и начинает краситься. Красится час. Долго одевается. Потом идет мыть посуду. Жанне очень нравится мыть посуду. Потом Вера возвращается на пару часов и гулять с ней в парке. Иногда к ним присоединяется Жанна.
- Странно, - говорит Вера, пока Жанна катает внучку в коляске, - она какая-то инфантильная стала очень.
То есть, вот, ее все восхищает, она ничего не умеет. Такой какой-то подросток. Ну, правда, она ведь на гормонах, поэтому, наверное, как подросток. Чуть что, сразу: "Вы меня не любите, я от вас уйду".
Вера рассказывает, что, когда ей стало все равно, только бы все были здоровы, ей стало очень любопытно.
- Казалось бы, жизнь прожили и все. Я теперь внучкой занимаюсь. А у Жанны вдруг целая жизнь открылась.
Она как сестра, как подружка мне. Я ее люблю, и мне очень интересно с ней, как было, так и осталось. И это весело.
Во-первых, я ей по-хорошему завидую, она может себе позволить ухаживать за собой. Краситься час - я не могу себе этого позволить. Потом вот она думает замуж идти, я буду только рада. Под одной крышей, конечно, мы с ее мужем жить не будем, но я ее благословлю.

 Артист Жора Павличенко      Замуж Жанна и впрямь собирается, только пока очень боится мужчин.
Когда она говорит про мужчин, она краснеет, приседает, поднимает глаза вверх, высовывает язык и неприлично хихикает. Как пятнадцатилетняя.
- Тут один таксист долго-долго за мной смотрел и решил все-таки подойти.
И попросил телефончик. Симпатичный такой.
- А ты, дура, и дала. Потом он ей звонил, а она на иврите вообще не говорит.
И пришлось Лене объяснять, что Жанна не поедет в Тель-Авив в гостиницу делать ему массаж.
- Ну я же не умею ничего еще. Вы должны меня учить, - кокетничает Жанна.
Жанна считает, что, если она встретит мужчину, она ему сразу все расскажет про себя. Чтобы не было тайн никаких. Потому что у нее есть знакомая "девочка", которая в юности поменяла пол, вышла замуж, усыновили ребенка, прожили тоже лет двадцать, а потом мужу кто-то сказал, что его жена бывший мужчина. И все. Разошлись.
- Вот мы пытаемся тебя учить. Чтобы ты одевалась прилично, ты же себе сшила хороший костюм. Вот и ходи в нем, - ворчит Вера. Но шутя.
Вообще все разговоры в этой семье происходят как бы шутя.
Свой выбор Вера и дочери сделали. Остается только смеяться. Будто это такая игра в Жанну, еще не привычная, но интересная и смешная.
- Ну а что? Был папа и папа, мы с ним и не общались, - рассказывает Лена. - А теперь я могу подойти и спросить, как я выгляжу.
Или сказать, что ты столько ешь, толстая же уже. Папе я такого сказать не могла. Правда, веселье в доме заканчивается, когда три женщины оказываются на кухне. И так тесно, а когда все втроем начинают суетиться, сразу начинаются ссоры. Кажется, Жанне это нравится. "Приходит Сережа и говорит: три бабы на кухне, а соус приготовить не могут", - говорит она с гордостью.
- Конечно, - говорит Вера, - сейчас мы только привыкаем, друг к другу, и поэтому любая мелочь может раздражать.
- Но надо беречь друг друга. Сколько нам еще жить-то осталось.
- Ты не понимаешь, Верочка, - смеется Жанна, - я же Жорины грехи искупаю. Он был такой эгоист подай-принеси". Голодный, злой.
А я, как женщина, теперь ведь все его недостатки понимаю. И исправляю.
- Хороший он был человек. Не надо, - вдруг абсолютно серьезно говорит Вера. Ей еще не привычна эта игра.
Два года назад у нее был муж, единственный мужчина. Оказался женщиной.
- Нашу жизнь мы прожили, мне только горько ужасно, что я все делала, чтобы он реализовался, а ему не этого надо было.
А детям мы не додали, - Вера начинает плакать. У Веры нет подруг, Вера никогда не жаловалась, просто была хорошей женой своего мужа. Двадцать пять лет Жора, как и Вера, был несвободен от семьи, зарабатывал деньги, был главой семьи.
Он был единственным мужчиной в этой семье. Через 25 лет Вера так и осталась несвободной - дети, внуки, Жанна и бесконечная уборка квартир и офисов. А Жора, прожив эти 25 лет и став Жанной, ушел от этой жизни. Жанна свободна от работы, от обязанностей отца и главы семейства.
Жора бросил семью, а с Жанны взятки гладки: она детям не отец, Вере - не муж.

Выбираем одежду      Новая Верина жизнь полна новых забот, новая жизнь Жанны - новых впечатлений. "Я теперь все ощущаю - легко и кокетливо объясняет Жанна.
- А раньше тупой мужик был, ничего не замечал".
Прошло всего три месяца, как вместо Жоры домой вернулась Жанна. Она не работает, потому что документы до сих пор на имя Георгия Павличенко. Впрочем, найдет ли она работу после того, как получит документы, непонятно. Уборщицей, как Вера, она работать не хочет.
- Ничего, в Киеве Жора нас обеспечивал. А тут мы его, - говорит Вера.
За последние несколько лет она ничего себе не купила, ни одежды, ни украшений. Жанне все время покупает то сумку, то кофточки.
- Ну куда мне наряжаться? Жанна на улицу наряжается, а я-то что, с уборки на уборку.
- Жанна действительно наряжается и часами гуляет по улицам Герцлии, получая удовольствие просто оттого, что она женщина, и она гуляет, а на нее все смотрят.

На скамейке в парке сидят две женщины. Одна - лет пятидесяти, небольшого роста, худая, с бледным лицом, крашеными медными волосами. На ней черные брюки, клетчатая рубашка и черный свитер. Вторая - лет пятидесяти, высокая, крупная, с каштановыми волосами до плеч. Ногти у нее накрашены перламутровым лаком, лицо покрыто несколькими слоями пудры. На ней зеленая обтягивающая майка и узкая фиолетовая юбка выше колен. Две женщины сидят и о чем-то спорят. Спорят и смеются.
Вера и Жанна спорят о том, как должна выглядеть приличная женщина. Жанна хватает Веру за ноги и говорит: "У тебя красивые ножки, почему ты их прячешь?" А Вера пытается спустить Жаннину мини-юбку, чтобы прикрыть коленки.
- Нет, все-таки тебе нравится, когда тебя принимают за проститутку! - говорит Вера. - Ее тут назвали на улице "козой" и "сукой", так она же до сих пор в восторге. Ей так нравится, что ее все женщиной считают. Не важно какой, хоть проституткой. Вот это удивительно. Ведь такой, вроде, умный мужик был, а вышла такая тупая баба.

Екатерина Кронгауз.
Фото А.Сорин.
Журнал "Gala" февраль 2007г. 
    

 

КОМЕНТАРИИ К СТАТЬЕ

Я не хочу коментировать данную статью. Свое мнение я отправила автору.
Скажу только, что автор нарушил мои права и все договорённости, не предоставив сигнальный текст данной статьи для предварительного ознакомления и исправления ошибок.
В результате статья появилась на свет с фактами, которые не совсем соответствуют действительности.
Я уже молчу про грубый, почти оскорбительный тон статьи, который к тому же написан безграмотно, со многими как грамматическими, так и стилистическими ошибками.
Ну, что ж, пусть все это останется на совести так называемого "автора".
Жанна Вильде.

 

 

Вверх

 

 

 

 

Сайты партнеры:

            TOP 100

Rambler's Top100 Апорт